Из дневника учителя

Симонян Мариет

Есть у меня подруга Нонна. Библиотекарь читального зала “ Тигран Айрапетян” в нашей школе.  Часто захожу в библиотеку по разным вопросам. И зная, что педагогика- один из разносторонних интересов Нонны, после учебных занятий остаюсь в библиотеке, всегда рассказываю какой-нибудь воодушевивший меня, интересный случай или наблюдение или говорю о возникшей педагогической проблеме, вместе обсуждаем. А Нонна- спокойная, молчаливая женщина, с широким кругозором и умением сделать здоровое и неожиданное суждение….

И мне интересно находиться рядом с нею, у нас- одинаковые интересы, одним из которых является педагогика.

 Так вот… моя подруга Нонна обвиняет меня в некоторой лени:  не пишешь, не рассказываешь, не публикуешь проблемы и найденные тобою решения. Говорит, что из-за таких, как я, наше образование развивается медленно. Не развивается, потому что мы ленивы, не рассказываем, не передаем другим наш опыт. Говорит, что у нас психология потребителя, что мы читаем записи живших до нас педагогов, их наблюдения, которые люди усердно сохранили в записях, мы пользуемся ими в своей  педагогической деятельности, а мы , практикующие педагоги, имея не менее важные наблюдения, полно проблем  и найденные для них решения, допускаем, чтоб они пропадали в буднях, в быту, и не думаем о  передаче их  будущим поколениям.

Одним словом, не буду дальше…. Замечание Нонны передаю другим педагогам и начинаю ряд своих  педагогических миниатюр.

 

Миниатюра  1

Расскажу совсем свежую, веселую историю, пока не забыла.

Во время майских Круглых столов я запланировала дистанционное обсуждение программы родного языка с родителями. Ну, думаю, уж точно в этот период все родители будут присутствовать, во время учебных занятий по родному языку хотя что-то, да услышали, и разговор будет более конкретным, предметным, будет, что сказать, будут наблюдения, предложения.

И чтоб наверняка, я заранее отправляю нашу авторскую программу по родному языку на электронные  адреса учеников, поручаю им прочитать и обсудить с родителями в их семьях.

На следующий день в ожидании интересного, продуктивного обсуждения подключаюсь к дистанционной пощадке. Но… Не буду тянуть. Оставив  в стороне программу родного языка, наши дорогие и уважаемые родители начинают обсуждать мои учебные занятия, говорить слова  благодарности мне, благодарить за интерес и продуктивность моих уроков. Как сказала бы мама господина Блеяна: “ Как хорошо похвалили!”. Не скажу, что было неприятно.Очень даже приятно было и очень даже благодарна родителям за теплые слова. А кто не остается доволен, если его дело оценено по достоинству?

Довольная и удовлетворенная, подумала, что теперь можно и учеников расспросить, разговорить.

Но я же прекрасно знаю своих учеников. Уж три года работаем вместе. Не то, что ожидаю слов благодарности или похвалы. Думаю, пусть говорят, а родители пусть посмотрят, чем недовольны их дети: количеством заданий, их сложностью, моей требовательностью, строгостью? Не то, что на протяжении лет не обсуждали наши учебные занятия и теперь могут вдруг что-то сказать… Думаю, пусть увидят своих ленивцев, как ноют, как недовольны, как не хотят работать.

-Ну,- начинаю я, - сейчас посмотрим, что наши учащиеся скажут про нашу программу, наши учебные занятия.

 

На минуту воцарилась тишина, и тут голос одного из учеников:

- Госпожа Мариет, мы вами очень довольны, потому что во время наших обсуждений вы выслушали все данные нами советы и организовали занятия так, как мы вам говорили. Видите, и родители довольны, теперь уже все хорошо.․

Видели бы вы лица родителей! Да и мое неплохо было бы увидеть.

Понимаю курьез, но внутри у меня все кипит: посмотри-ка, не  “предложение”, а “совет”, не “ приняли к сведению”, а “ послушали”. Уроки же по их совету организовала, поэтому они и продуктивными получились, и родители остались довольны… Наверное, остается лишь поблагодарить вас, да?!

Пока собираюсь с мыслями, что должна сказать  о том, что я о них думаю, с виртуальной площадки голос:

-Еще один совет дам, госпожа Мариет. Вы на наше усмотрение оставили написание творческих сочинений, и мы их часто не пишем. По этой причине у нас так  мало творческих сочинений. Если зададите и не оставите право выбора писать-не писать, то напишем.

Вот так.

Юмор юмором, но во всем этом меня как педагога порадовала одна вещь. Значит, мои обсуждения во время учебных занятий не носили формальный характер. Фактически я, со своей привычкой учитывать мнение собеседника, не игнорируя его, естественно, без особых усилий, не придавая особой значимости, учла предложения учащихся. И это проявилось в моих действиях. Это произошло настолько естественным путем, что я даже не заметила, не придала значения, даже и не думала об этом. Я не заметила, а вот учащиеся заметили, и у них ощущение, что их мнение( совет) не было проигнорировано. Что сказали(  дали совет), я сделала. А это для формирования личности, для осознания ценности  ее слова-мнения – настолько важный фактор. Когда человек чувствует себя важной единицей, когда знает, что его слушают, считаются с высказанным им мнением, он бывает более самоуверенным, смелым и своеобразным.

Да, не забыть бы задать написать творческое сочинение. А иначе из-за того, что не задала, блестящие мысли моих учеников остались невысказанными.

 

Миниатюра 2.

Мальчик приходит в школу с сопровождающей. Я преподаю ему три года. У него- признаки аутизма. Никогда, говоря со мной, не смотрит мне в глаза, не отвечает на вопросы, не разговаривает, не общается. Во время учебных занятий подхожу, спрашиваю, как дела. Но это больше похоже на обряд, потому что  он или не отвечает, или отвечает кое-как благодаря усилиям сопровождающей. Иногда, когда прохожу мимо, он схватывает мою руку. Не смотря мне в лицо, улыбается. Больше- никакого контакта. Мама говорит, что дома часто произносит мое имя. А в классе никак не обращается. В классе работает с сопровождающей, дома- с родителями. Родитель не хочет, чтоб он пользовался специальным пакетом заданий. Уверенно говорит, что сын справится. Затрудняюсь говорить об умениях мальчика, так как уже 3-й год он не работает со мной и я вынуждена наблюдать  его как бы издалека, посредством его блога, который он добросовестно ведет с помощью семьи.

В этот день, как обычно, прохожу мимо учеников, смотрю, как работают. Посмотрела на мальчика. Показался мне грустным, без настроения. Подошла. Спрашиваю, как у него дела. Не знаю, почему, но у меня ощущение, что он хочет что-то сказать. Вдруг поднимает голову, смотрит прямо и уверенным голосом говорит:

  • Где Татевик? ( имя девочки изменено),- на минуту молчание, - почему не пришла?

Речь четкая, взгляд- упрямый, впившийся в мои глаза

Татевик- девочка-солнышко класса, светлая, смотрящая на мир широкими, большими глазами, на лице- всегда улыбка.

Внезапно останавливаюсь:

-Что?- чувствую, что язык заплетается, не могу продолжать.

-Почему Татевик не пришла?

Наверно мое парализованное состояние затягивается. Кажется, издалека слышу голос сопровождающей мальчика:-

-Госпожа Мариет, он о Татевик спрашивает, об однокласснице Татев.

 Мальчик продолжает упорно смотреть мне в глаза, ждет ответа.

_ Татевик,- мямлю я, - Татевик заболела.

- А завтра придет?- продолжает мальчик, голос  тихий, но уверенный, говорящий взгляд.- Завтра придет Татевик?- голос громче, звонче.

Да, конечно,- уверенно отвечаю,- завтра придет.

Мальчик отводит взгляд. Конец связи. Закончилось общение.

Почему вдруг право ответить на этот важный вопрос выпало мне? Что подтолкнуло мальчика к общению? Какие чувства владели им? А почему говорят, что люди с симптомами аутизма не смотрят в глаза, живут в своем мире, не общаются с тобой? Мальчик не говорил со мною три года. Фактически не было у него того важного вопроса, ответ на который он ожидал услышать от меня. Не было веской причины говорить со мной. Не говорил, потому что не хотел говорить.

А в классе ученики разные, очень уж разные. Вот этот мальчик любит поболтать, особенно со мной: “ О, вы поменяли цвет волос, вам подходит”, или “ Сегодня у вас подчеркнутый макияж, вы похорошели”. Ну, что сказать…. Таков человек. Улыбаюсь, благодарю за хорошие слова. Осторожно перевожу его внимание на задания. Вот один мальчик зовет, говорит мне на ухо: “ У нас будет тройня”. Вот это радость! Разные люди, очень разные… Один открыто выражается, другой- шепотом, третий- молча. Один такой, другой- такой. А то человек не разговаривает с тобой, не хочет каким-либо образом общаться, не смотрит в глаза, значит…  Значит что?

В ушах прозвучал  громкий, дрожащий голос моего преподавателя Левона Нерсисяна: «Говорят, у слона нет памяти. Откуда вы знаете, вы были слоном?” Это пока о слоне.  А когда мы говорим о людях? Когда классифицируют людей, разрабатывают и предлагают  способы взаимодействия с ними? Ну откуда вы знаете?  Что общего можно выделить в людях, когда имеешь дело с человеком-индивидумом? Ведь ты же не этот человек, не можешь быть им, он другой, как и ты, как и я. Как это ты говоришь, что человек с симптомами аутизма видит мир таким, следовательно ты с ним должен поступать таким образом? Извините, но такая формулировка мне в моей педагогической деятельности не помогла, не ориентировала.

Для меня есть один способ взаимодействия, общий для всех - человека, животного, растения, всей природы - это образ любви. И всем нам нужна любовь. Вот  это, может быть,  общим для всех, и не только для людей.

На онлайн-платформе мой коллега представляет количество учеников: у нас столько- то учеников, из них столько-то  с особыми потребностями. Интернет “покраснел” от гнева г-на Блеяна: ” У вас есть столько-то учеников, зачем выделять несколько?” Зачем? Нет ответа. Знаете, что значит система лживых ценностей, которая принимает силу привычки? И, к сожалению, от этого никто не застрахован. К сожалению.

Перевела на русский язык Акопян Жанна

 

 

Թարգմանիչ: 
Համար: 
  • Deutsch
  • 日本語
  • Հայերեն
  • English
  • Georgian
  • Русский