Как бакалавру лингвистики с квалификацией учителя пришлось обучаться всему с нуля в педагогике

Левонян Кристина

Решение поступать на филфак ЕГУ пришло само собой. Я всю жизнь любила читать и решила: почему бы не сделать это своей профессией? За четыре года в вузе я прочитала тонну книг, узнала о скрытых падежах русского языка, но, к сожалению, не узнала ничего о преподавании, хоть в моём дипломе и есть строка: «присвоена квалификация учителя». Сегодня я расскажу о том, как бакалавру лингвистики с квалификацией учителя пришлось обучаться всему с нуля в педагогике.

Забудьте всё, чему вас учили

Многие поколения слышали эту фразу в разных интерпретациях: «Забудьте всё, чему вас учили в школе / в колледже / в ПТУ / в вузе». Её использовали в напутственной речи, обращённой к новичкам. Сегодня она звучит, как шутка или начало анекдота, но суть осталась прежней: приходя на новое место, всему учишься с нуля.

Забыть всё, что я знаю о педагогике? Отлично. Как ни странно, этому предмету в университете было посвящено меньше всего часов, и сейчас я мало что помню. Единственное, что осталось в памяти, – учения английского философа и педагога Джона Локка о том, что детям нужна дисциплина и закалка. Именно этот вопрос попался мне на зачёте. Как применять эти знания на практике? Без понятия.

Мы читали и обсуждали трактаты различных философов и педагогов, суждения которых противоречили друг другу. Мы анализировали теорию, не имея ни малейшего представления о том, как всё обстоит на практике. И теперь я задаюсь другим вопросом: почему нас этому не учили?

Почему нас этому не учили: общение с детьми

Весь мой опыт общения с детьми сводится к тому, как я общалась с одногодками, сама будучи ребёнком. Теперь я много читаю о детях: своих у меня нет, как нет и братьев или сестёр.

На лекциях по психологии мне хотелось бы услышать хоть что-нибудь об особенностях детской психики, о возрастных кризисах, о том, почему ребёнок плачет и как его успокоить. Нам не объяснили, что детские проблемы – сломанный карандаш, потерянный колпачок, помятый рисунок – это вовсе не ерунда. Я до сих пор не всегда знаю, что делать, если малыши жалуются мне на свои проблемы, но стараюсь сочувствовать и не обидеть.

«Мы не любим учиться, МЫ ЛЮБИМ ИГРАТЬ»

Как-то раз в январе, ещё до начала занятий по русскому языку в группе пятилетних (теперь уже шестилетних) учащихся, меня попросили посидеть с ребятами минут десять до прихода их преподавательницы. Мы немного пообщались, и я, чтобы подогреть интерес малышей к своей персоне, загадочно спросила:

– Хотите, я расскажу вам секрет?
– Какой секрет? – удивлённо посмотрели на меня детишки.
– Совсем скоро мы с вами начнём учить русский язык, – радостно ответила я.
– Мы не любим учиться, мы любим играть, – негромко произнесла девочка с куклой в руках.

«Будет непросто», – тогда подумала я. Но позже я поняла: вот же оно! Им не нужны уроки, им нужна игра. Уроки в игровой форме. Малыши не способны сосредотачиваться долго на одном и том же. Им нужна смена деятельности. Сначала мы учим стихи, затем танцуем и поём, смотрим мультфильм и обсуждаем героев, потом играем в подвижные игры. И это всё за двадцать минут.

ПРОБЛЕМЫ В ПОВЕДЕНИИ ДЕТЕЙ

Здесь стоит сделать оговорку, что под «плохим поведением» мы подразумеваем оценку детских поступков взрослыми людьми. Это может быть чрезмерная активность, агрессивный настрой, нарушение социальных норм. Одним словом, всё то, что нарушает гармонию в классе и мешает проведению урока.

Эту проблему я решаю по-разному, в зависимости от возраста учащихся. Дети из младших классов зачастую сами не осознают, что творят, поэтому я взываю к их совести: «Посмотри, твои одноклассники пришли в школу, потому что хотят чему-нибудь научиться, а ты им не даёшь слушать урок». В классах постарше, где я уже успела завоевать уважение и хорошее к себе отношение, порой мне хватает лишь осуждающего взгляда на того, кто ведёт себя неподобающе. Кое-где у меня даже появились заступники, которые сами делают замечания своим одноклассникам, мешающим проводить урок.

Не скрою, что есть класс, в котором мне до сих пор сложно работать. Здесь учатся смышлёные ребята, и каждый из них – очень интересная, развитая личность. Это я выяснила, когда общалась с ними по отдельности. Но стоит им собраться вместе, как начинается борьба за место под солнцем и споры о том, кто из них круче. «Я не буду ничего читать, мне это не нужно», – с гордостью заявляет мне один из этих бунтарей, без пяти минут подросток, всеми силами демонстрируя своим друзьям, что выполнение задания выше его достоинства. А на следующем уроке приходит и с неохотой, но всё-таки пересказывает мне текст, периодически повторяя, будто оправдываясь перед друзьями: «Я не помню, я невнимательно читал». Кризис десяти лет, что тут скажешь. Нас и этому не учили, к сожалению. Всё опять приходит с практикой.

Поведение детей – зеркальное отражение поведения взрослых. Если ребёнок проявляет агрессию, то лучший способ его успокоить – сохранять спокойствие. Чем больше мы нервничаем, тем больше нервничают и они. Вдох-выдох, и пробуем разобраться, кто виноват и из-за чего весь сыр-бор.

НАСТАВНИК, ЛИДЕР ИЛИ ДРУГ?

Кем должен быть учитель для своих учеников? Пробовала дружить – садятся на голову. Чрезмерный натиск получает соразмерный отпор. Пытаюсь теперь быть наставницей, кем-то вроде старшей сестры, готовой помочь и указать верный путь.

Я учу их тому, что знаю сама. Нет, я говорю не о падежах, вернее, не только о них. В рамках проекта «Который час?» с третьеклассниками мы прочитали «Сказку о потерянном времени». Я подтолкнула ребят к мысли о том, что мы всегда теряем то, что не ценим, поэтому главное – научиться ценить то, что имеешь. «А вы цените?» – спросила меня ученица. «Конечно. Ребята, я бы не стала учить вас чему-то, если бы сама этого не делала», – ответила я. И ведь действительно. Я бы, к примеру, не стала посвящать проект здоровому образу жизни, если бы сама объедалась чипсами, запивая их колой, и ни разу в жизни не посетила бы тренажёрный зал. При этом я никоим образом не осуждаю ребят. Моя главная цель – заставить их задуматься о своей жизни, проанализировать то, что они делают, что едят, на что тратят время. Мы и сами часто делаем что-то на автомате, и иногда просто нужно остановиться на мгновение и задуматься: правильно ли я поступаю?

Альтернативная программа нравится мне именно этим: мы сами выбираем темы для обсуждения. Проект «Я за ЗОЖ» возник не просто так, и я надеюсь, что наши беседы о полезной и вредной пище, о спорте и о режиме дня не пройдут даром.

Русский как иностранный. Русский как второй родной язык

Армения – постсоветская страна. И кто бы что ни говорил, русский язык до сих пор остаётся на слуху у местного населения. Во многих семьях даже если не родители, то бабушки и дедушки владеют русским, прививая внукам интерес к языку с самого раннего детства. Кроме того, несмотря на всякого рода запреты, по кабельному телевидению всё ещё транслируются программы на русском языке. Казалось бы, сложившаяся ситуация должна сыграть мне, как преподавателю РКИ, на руку, но на деле всё обстоит далеко не так. На ряду с русскоговорящими учащимися в классе есть дети, для которых этот язык является по-настоящему иностранным. Пока одни без умолку болтают на русском, другие прилагают множество усилий для запоминания названия цветов и предметов. Это становится огромной проблемой. Во время урока я периодически теряю связь то с одной половиной класса, то с другой. Пока я «разжёвываю» новый материал для одних, другие обиженно возмущаются: «Мы это и так знаем!» Если же углубляюсь в тему, делая урок более интересным для русскоговорящей части класса, наблюдаю, как другая половина перестаёт меня понимать и закрывается, теряя интерес к уроку.

Поскольку разделение класса на группы по уровню владения языком не представляется возможным, разрабатываю задания разного уровня сложности. Кроме того, в рамках изучаемого материала предлагаю просмотр различных видеороликов на русском. К счастью, в сети можно найти массу таких видео. В некоторых из них используется методика Глена Домана: демонстрация карточки одновременно с произнесением слова (таким способом можно учить, например, названия овощейфруктов и ягоддомашних и диких животныхцветов). Другие – это поучительные мультфильмы для детей, свободно владеющих русским («Смешарики»«Три кота»«Уроки тётушки совы» и другие). Помимо этого, часто на уроках мы разучиваем детские песни. При желании в рамках любого проекта на любую тему можно найти подходящую детскую песенку. Это могут быть старые, всем известные песни (например, «От улыбки хмурый день светлей»«В лесу родилась ёлочка») или же современные красочные мультипликационные ролики (песни про части теладни неделичленов семьи). Простые мелодии и повторяющиеся слова – всё это вкупе с привлекающим внимание видеоклипом на экране позволяет учащимся младших классов легче запоминать и усваивать новую лексику.

Так, пока одни учат словосочетания «посмотреть налево», «посмотреть направо», «перейти дорогу», «зелёный свет», другие дома с интересом смотрят «Азбуку безопасности» Смешариков, предназначенную для русскоговорящих детей. Затем на уроке каждый рассказывает о правилах дорожного движения в меру своих возможностей, и это прекрасно. Ведь, как пишет в своей книге «Школьные страдания» Даниэль Пеннак, «хороший класс – это не полк, идущий в ногу, а оркестр, играющий симфонию».

Համար: 
  • Deutsch
  • 日本語
  • Հայերեն
  • English
  • Georgian
  • Русский